Воскресенье, 17.12.2017, 13:00
Художники прошлого
Главная Регистрация Вход
Приветствую Вас Гость | RSS
Форма входа

Меню сайта

Художники
Вильям-Адольф Бугеро [8]
Лоуренс Альма-Тадема [24]
Жан-Леон Жером [40]
Рафаэль [29]
Фредерик Лейтон [0]
Джон Сингер Сарджент [0]
Рембрандт [0]
Леонардо да Винчи [1]

Кое-что интересное
История одной картины [54]
История одной скульптуры [7]

Справочники
Легендарные личности [10]
Мифологические персонажи [2]
Кратко о художниках [1]
Пигменты [2]

Главная » Статьи » Интересное » История одной картины

Микеланджело. Страшный суд.

Фреска «Страшный суд». Микеланджело

Со смертью папы Юлия II Микеланджело потерял своего покровителя, покинул Рим и вернулся во Флоренцию, где на несколько лет забросил живопись и скульптуру. Новым папой был избран представитель рода Медичи - Климент VII. Во время его понтификатства войска испанского короля Карла V в мае 1527 года захватили и разгромили Рим. Когда весть об этом дошла до Флоренции, Медичи были оттуда изгнаны и была вновь восстановлена республика. Папа же, прежде всего соблюдая интересы своей семьи, срочно примирился с испанцами и подошел к Флоренции, осада которой длилась 11 месяцев. Вынужденная защищаться, Флоренция начала строить форты и башни, для возведения которых Микеланджело рисует планы. Не отказывается он от участия и в самой войне. Это было тяжелое время для Флоренции, да и для всей Италии. Взаимные распри, убийства, преступления отравляли души людские, и тяжело было жить на свете. Когда же Флоренция пала, папа Климент VII объявил, что забудет об участии скульптора в обороне города в том случае, если Микеланджело немедленно возобновит работы в усыпальнице Медичи при церкви Сан-Лоренцо. Испытывая постоянный страх за участь своей семьи и за свою жизнь, Микеланджело вынужден был на это согласиться. А потом папа Климент VII пожелал, чтобы Микеланджело заново расписал алтарную стену Сикстинской капеллы сценами «Страшного суда».

В 1534 году, почти через четверть века после окончания росписи сикстинского плафона, скульптор приступает к работе над одной из самых грандиозных фресок за всю историю мировой живописи.

Когда Микеланджело свыкся с мыслью, что все-таки придется писать «Страшный суд», когда он очутился наедине с гигантской белой стеной, в которую должен был вдохнуть жизнь, он принялся за работу, хотя в то время был уже далеко не молод. В свои 60 лет он выглядел дряхлым стариком - сморщившимся, сгорбленным, усталым. У него ломило суставы, болели зубы, донимали мигрени и невралгия. Шесть лет понадобилось великому мастеру, чтобы завершить свое творение.

Как и прежде, новый папа, потеряв терпение, явился в капеллу. Вместе с ним пришел и церемониймейстер Бьяджо да Чезена. Ему очень не понравился «Страшный суд», и он принялся яростно доказывать папе, что Микеланджело поступает неверно, что картина получается непристойная. Выслушав все это, Микеланджело тут же, по горячим следам, нарисовал судью душ Миноса в образе Бьяджо с ослиными ушами. Да Чезена бросился жаловаться папе, но тот не помог ему. Так Чезена и остался в аду.

Сколько их было уже - полотен, живописующих силу Бога и ничтожность человека, тщетную суету человеческих помыслов и деяний. Микеланджело верил в Бога, но он верил и в свободную мысль человека, в его физическую мощь и красоту. Сцену «Страшного суда» художник трактует как вселенскую, всечеловеческую катастрофу. В этой огромной по масштабу и грандиозной по замыслу фреске нет (да и не могло быть) образов жизнеутверждающей силы, подобных тем, которые были созданы при росписи плафона Сикстинской капеллы. Если раньше творчество Микеланджело было проникнуто верой в человека, верой в то, что он является творцом своей судьбы, то теперь, расписывая алтарную стену, художник показывает человека беспомощным перед лицом этой судьбы.

В последний октябрьский день 1541 года высшее духовенство и приглашенные миряне собрались в Сикстинской капелле, чтобы присутствовать при открытии новой фрески алтарной стены. Напряженное ожидание и потрясение увиденным были столь велики, а всеобщее нервное возбуждение так накалило атмосферу, что папа (уже Павел III Фарнезе) с благоговейным ужасом упал перед фреской на колени, умоляя Бога не вспоминать о его грехах в день Страшного суда.

Микеланджело, отступая от традиционного изображения этого сюжета, изображазил сцену суда, когда Царь славы уже разделил всех воскресших на грешников и праведников, а тот момент, который ему предшествует (adventus Domini): Христос, поднявший в грозном жесте правую, скорее походит на Зевса Громовержца, чем на христианского Бога. Он уже не посланец мира и не Князь милосердия, а Верховный Судья, грозный и устрашающий. Он вздымает десницу, чтобы вынести окончательный приговор.

Апокалипсис и Данте – вот источники «Страшного суда».

Микеланджело изобразил всех персонажей нагими, и в этом был глубокий расчет великого мастера. В телесном, в бесконечном разнообразии человеческих поз он, так умевший передавать движения души, через человека и посредством человека изображал всю огромную психологическую гамму обуревавших их чувств. Но изображать нагими Бога и апостолов - для этого в те времена нужна была великая смелость. Кроме того, понимание «Страшного суда» как трагедии вселенского бытия было недоступно современникам Микеланджело. Это видно из переписки венецианского литератора и памфлетиста Пьетро Аретино с художником. Аретино хотел видеть в «Страшном суде» традиционную средневековую трактовку, то есть изображение Антихриста. Он хотел видеть вихри стихий - огня, воздуха, воды, земли, лики звезд, луны, солнца. Христос, по его мнению, должен был быть во главе сонма ангелов, в то время как у Микеланджело главный герой - человек. Поэтому Микеланджело и ответил, что описание Аретино доставило ему огорчение и изобразить его он не может. Через несколько веков исследователь итальянского искусства Дворжак, который тоже не воспринимал «Страшный суд» как космическую катастрофу, видел в гигантских изображениях только «ветром закрученную пыль».

Центром композиции является фигура Иисуса Христа, единственно устойчивая и не поддающаяся вихрю движения действующих лиц.

Христос-Судья и Богородица. Фрагмент фрески «Страшный суд». Микеланджело

Лицо Христа непроницаемо, в карающий жест его руки вложено столько силы и мощи, что он истолковывается только как жест возмездия. В смятении отвернулась Мария, не в силах ничего сделать для спасения человечества. Сострадательная, словно подавленная происходящим, Мадонна отворачивается, ей по-матерински близки людские горести.

Они окружены бесчисленным множеством фигур пророков, апостолов, где выделяются Адам и св. Петр, которые, как полагают, изображены там: первый как зачинатель рода людского, второй же как основатель христианской религии.  В грозных взглядах апостолов, тесной толпой подступающих к Христу с орудиями пыток в руках, тоже выражено лишь требование возмездия и наказания грешников.

Святые мученики и обретшие спасение теснятся вокруг Христа. Среди индивидуальных образов фрески внимание зрителя привлекают святые мученики с атрибутами их мучений:

  • Св. Себастьян со стрелами,
  • Св. Лаврентий с железной решеткой, на которой он был сожжен,
  • и особенно фигура Св. Варфоломея, находящейся у левой ноги Христа.

Великолепнейший св. Варфоломей показывает содранную с него кожу. Там же равным образом обнаженная фигура св. Лаврентия, а сверх того бесчисленное множество святых мужей и жен и других фигур мужских и женских кругом, рядом и поодаль, и все они лобызаются и ликуют, удостоившись вечного блаженства по милости божией и в награду за их деяния.

У ног Христа семь ангелов, описанных евангелистом св. Иоанном, которые, трубя в семь труб, призывают на суд, и лики их так ужасны, что волосы встают дыбом у смотрящих на них; в числе других два ангела, у каждого из которых в руках книга жизней; и тут же, по замыслу, который нельзя не признать прекраснейшим, мы видим на одной из сторон семь смертных грехов, которые в обличье дьяволов дерутся и увлекают в ад стремящиеся к небу души, изображенные в красивейших положениях и весьма чудесных сокращениях.

Человек, увлекаемый демонами в ад. Фрагмент фрески «Страшный суд». МикеланджелоСемь ангелов трубным гласом возвещают судный час, спасенные души поднимается вверх, гробницы разверзаются, мертвые воскресают, скелеты встают из земли, мужчина, которого дьявол тащит вниз, в ужасе закрывает лицо руками.

    2 И я видел семь Ангелов, которые стояли пред Богом; и дано им семь труб.
    3
    И пришел иной Ангел, и стал перед жертвенником, держа золотую кадильницу; и дано было ему множество фимиама, чтобы он с молитвами всех святых возложил его на золотой жертвенник, который перед престолом.
    4
    И вознесся дым фимиама с молитвами святых от руки Ангела пред Бога.
    5
    И взял Ангел кадильницу, и наполнил ее огнем с жертвенника, и поверг на землю: и произошли голоса и громы, и молнии и землетрясение.
    6
    И семь Ангелов, имеющие семь труб, приготовились трубить.
    7
    Первый Ангел вострубил, и сделались град и огонь, смешанные с кровью, и пали на землю; и третья часть дерев сгорела, и вся трава зеленая сгорела.
    8
    Второй Ангел вострубил, и как бы большая гора, пылающая огнем, низверглась в море; и третья часть моря сделалась кровью,
    9
    и умерла третья часть одушевленных тварей, живущих в море, и третья часть судов погибла.
    10
    Третий ангел вострубил, и упала с неба большая звезда, горящая подобно светильнику, и пала на третью часть рек и на источники вод.
    11
    Имя сей звезде "полынь"; и третья часть вод сделалась полынью, и многие из людей умерли от вод, потому что они стали горьки.
    12
    Четвертый Ангел вострубил, и поражена была третья часть солнца и третья часть луны и третья часть звезд, так что затмилась третья часть их, и третья часть дня не светла была - так, как и ночи.
    13
    И видел я и слышал одного Ангела, летящего посреди неба и говорящего громким голосом: горе, горе, горе живущим на земле от остальных трубных голосов трех Ангелов, которые будут трубить!

    (Откр.8:2-13)

    1 Пятый Ангел вострубил, и я увидел звезду, падшую с неба на землю, и дан был ей ключ от кладязя бездны.
    2
    Она отворила кладязь бездны, и вышел дым из кладязя, как дым из большой печи; и помрачилось солнце и воздух от дыма из кладязя.

    3
    И из дыма вышла саранча на землю, и дана была ей власть, какую имеют земные скорпионы.
    4
    И сказано было ей, чтобы не делала вреда траве земной, и никакой зелени, и никакому дереву, а только одним людям, которые не имеют печати Божией на челах своих.

    (Откр.9:1-4)Ангелы с трубами. Фрагмент фрески «Страшный суд». Микеланджело

    13 Шестой Ангел вострубил, и я услышал один голос от четырех рогов золотого жертвенника, стоящего пред Богом,
    14
    говоривший шестому Ангелу, имевшему трубу: освободи четырех Ангелов, связанных при великой реке Евфрате.
    15
    И освобождены были четыре Ангела, приготовленные на час и день, и месяц и год, для того, чтобы умертвить третью часть людей.
    16
    Число конного войска было две тьмы тем; и я слышал число его.

    (Откр.9:13-16)

    1 И видел я другого Ангела сильного, сходящего с неба, облеченного облаком; над головою его была радуга, и лице его как солнце, и ноги его как столпы огненные,
    2
    в руке у него была книжка раскрытая. И поставил он правую ногу свою на море, а левую на землю,

    (Откр.10:1-2)

    15 И седьмой Ангел вострубил, и раздались на небе громкие голоса, говорящие: царство мира соделалось [царством] Господа нашего и Христа Его, и будет царствовать во веки веков.

    (Откр.11:15)

Ангелы, несущие крест и терновый венец. Фрагмент фрески «Страшный суд». МикеланджелоАнгелы, опрокидывающие колонну. Фрагмент фрески «Страшный суд». МикеланджелоНад Христом слева ангелы опрокидывают крест, символ мученичества и унижения, а справа повергают колонну, символ переходящей земной власти.

Искусствовед В.Н. Лазарев писал о «Страшном суде»: «Здесь ангелов не отличить от святых, грешников от праведников, мужчин от женщин. Всех их увлекает один неумолимый поток движения, все они извиваются и корчатся от охватившего их страха и ужаса... Чем внимательнее вглядываешься в общую композицию фрески, тем настойчивее рождается ощущение, будто перед тобой огромное вращающееся колесо фортуны, вовлекающее в свой стремительный бег все новые и новые человеческие жизни, ни одна из которых не может избегнуть фатума. В таком толковании космической катастрофы уже не остается места для героя и героического деяния, не остается места и для милосердия. Недаром Мария не просит Христа о прощении, а пугливо к нему прижимается, обуреваемая страхом перед разбушевавшейся стихией... По-прежнему Микеланджело изображает мощные фигуры с мужественными лицами, с широкими плечами, с хорошо развитым торсом, с мускулистыми конечностями. Но эти великаны уже не в силах противоборствовать судьбе. Поэтому искажены гримасами их лица, поэтому так безнадежны все их, даже самые энергичные, движения, напряженные и конвульсивные».

Христос, с огненной молнией в руке, неумолимо разделяет всех жителей земли на спасенных праведников, изображенных в левой части композиции, и грешников, спускающихся в Дантов ад (левая часть фрески).

В нижней части фрески Харон, перевозчик через адскую реку, свирепо изгоняет из своей ладьи в ад ударами весла осужденных на вечные муки. Черти в радостном исступлении волокут голые тела гордецов, еретиков, предателей... мужчины и женщины бросаются в бездонную пропасть.

Не преминул он показать миру, как во время воскресения мертвых последние снова получают свои кости и свою плоть из той же земли и как при помощи других живых они возносятся к небу, откуда души, уже вкусившие блаженство, спешат к ним на помощь; не говоря даже о всех тех многочисленных соображениях, которые можно считать необходимыми для такого произведения, как это, - ведь он приложил немало всяких трудов и усилий, как это, в частности, особенно ясно сказывается в ладье Харона, который отчаянным движением подгоняет веслом низвергнутые дьяволами души совсем так, как выразился любимейший им Данте, когда писал: Харон, сталкивающий грешников с лодки. Фрагмент фрески «Страшный суд». Микеланджело

    А бес Харон сзывает стаю грешных,
    Вращая взор, как уголья в золе,
    И гонит их, и бьет веслом неспешных.

Данте Алигьери "Божественная комедияobjects_51.gif

И вообразить себе невозможно разнообразие лиц дьяволов, чудовищ поистине адских. В грешниках же видны и грех и вместе с тем страх вечного осуждения.

Помимо красоты необыкновенной в творении этом видно такое единство живописи и ее выполнения, что кажется, будто написано оно в один день, причем такой тонкости отделки не найдешь ни в одной миниатюре, и, по правде говоря, количество фигур и потрясающее величие этого творения таковы, что описать его невозможно, ибо оно переполнено всеми возможными человеческими страстями, и все они удивительно им выражены.

В самом деле, гордецов, завистников, скупцов, сладострастников и всех остальных им подобных любой духовно одаренный человек легко должен был бы распознать, ибо при их изображении соблюдены все подобающие им отличия как в выражении лица, так и в движении и во всех остальных естественных их особенностях: а это, хотя оно нечто чудесное и великое, не стало, однако, невозможным для этого человека, который был всегда наблюдательным и мудрым, видел много людей и овладел тем познанием мирского опыта, которое философы приобретают лишь путем размышления и из книг. Так что человек толковый и в живописи сведущий видит потрясающую силу этого искусства и замечает в этих фигурах мысли и страсти, которых никто, кроме него, никогда не изображал. Он же опять-таки увидит здесь, каким образом достигается разнообразие стольких положений в различных и странных движениях юношей, стариков, мужчин и женщин, в которых перед любым зрителем обнаруживается потрясающая сила его искусства, сочетаемая с грацией, присущей ему от природы. Потому-то он и волнует сердца всех неподготовленных, равно как и тех, кто в этом ремесле разбирается. Сокращения там кажутся рельефными, обобщая же их, он достигает их мягкости; а тонкость, с какой им написаны нежные переходы, показывает, каковы поистине должны быть картины хорошего и настоящего живописца, и одни очертания вещей, повернутых им так, как никто другой сделать бы не мог, являют нам подлинный Суд, подлинное осуждение и воскрешение...Святые мученики. Фрагмент фрески «Страшный суд». МикеланджелоГрешники, Богоматерь и св. Лаврентий с железной решеткой. Фрагмент фрески «Страшный суд». Микеланджело

Не сразу охватишь взглядом этих бесчисленных персонажей, так и кажется, что во фреске все в движении. Здесь и толпы грешников, которых в неистовом сплетении их тел волокут в подземелье ада; и возносящиеся к небу ликующие праведники; и сонмы ангелов и архангелов; и перевозчик душ через подземную реку Харон, и вершащий свой гневный суд Христос, и пугливо прижавшаяся к нему Дева Мария.

Прежде композиция Страшного суда строилась из нескольких отдельных частей. У Микеланджело она представляет собой овальный водоворот нагих мускулистых тел.

На смену логической четкости расчленения и устойчивой архитектонике росписи плафона Сикстинской капеллы пришло ощущение стихийной динамики единого композиционного потока. В этом потоке выделяются то отдельные персонажи, то целые группы.

Если в Сикстинском плафоне источником движения были титанические человеческие фигуры, то теперь их увлекает, словно вихрь, внешняя, превосходящая их сила; персонажи утрачивают свою красоту, их титанические тела как бы вспухают буграми мышц, нарушающими гармонию линий; полные отчаяния движения и жесты резки, дисгармоничны; увлекаемые общим движением праведники неотличимы от грешников.

Этому движению придан вращательный характер, и у зрителя не остается сомнения, что связками, гроздьями могучих по своей комплекции тел управляет какая-то выше их стоящая, сила которой они не могут противодействовать. И снова Микеланджело постигло разочарование. Ему не удалось создать цельной сцены. Фигуры и группы выглядят оторванными друг от друга, между ними нет единства. Но художник сумел выразить другое - великую драму всего человечества, разочарование и отчаяние отдельного человека. Недаром он изобразил себя в виде содранной со св. Варфоломея кожи.Кожа с лица святого Варфоломея с автопортретом Микеланджело. Фрагмент фрески «Страшный суд». Микеланджело

    11 И увидел я великий белый престол и Сидящего на нем, от лица Которого бежало небо и земля, и не нашлось им места.
    12
    И увидел я мертвых, малых и великих, стоящих пред Богом, и книги раскрыты были, и иная книга раскрыта, которая есть книга жизни; и судимы были мертвые по написанному в книгах, сообразно с делами своими.
    13
    Тогда отдало море мертвых, бывших в нем, и смерть и ад отдали мертвых, которые были в них; и судим был каждый по делам своим.
    14
    И смерть и ад повержены в озеро огненное. Это смерть вторая.
    15
    И кто не был записан в книге жизни, тот был брошен в озеро огненное.

    (Откр.20:11-15)

Черты лица святого Варфоломея напоминают Пьетро Аретино, который страстно нападал на Микеланджело из-за того, что считал неприличной его трактовку религиозного сюжета. Другие исследователи полагают, что это автопортрет самого Микеланджело.

Он держит в одной руке нож, а в другой кожу, которую живьем содрали с него мучители; в виде искаженного лика на этой коже Микеланджело изобразил свое собственное лицо. Эта деталь Страшного суда свидетельствует о его растущем пессимизме Микеланджело, и представляет его горькую «подпись». Включение во фреску столь необычного и смелого мотива, трагический накал этого образа свидетельство всей остроты личного отношения художника к воплощаемой теме.

Люди, их поступки и дела, их мысли и страсти - вот что было главным в картине. В толпе низвергаемых грешников оказался и папа Николай III - тот самый, что разрешил продажу церковных должностей.

Фрагмент фрески «Страшный суд». Микеланджело«Страшный суд» Микеланджело вызвал яростные споры как среди его поклонников, так и среди противников. Еще при жизни художника папа Павел IV, который весьма неодобрительно относился к «Страшному суду», будучи еще кардиналом Караффой, вообще хотел уничтожить фреску, но потом решил «одеть» всех персонажей и приказал обнаженные тела записать драпировкой. Когда Микеланджело узнал об этом, он сказал «Передайте папе, что это дело маленькое и уладить его легко. Пусть он мир приведет в пристойный вид, а с картинами это можно сделать быстро». Понял ли папа всю глубину иронической колкости Микеланджело, но соответствующее приказание он отдал. И вновь в Сикстинской капелле были сооружены строительные леса, на которые с красками и кистями взобрался живописец Даниеле да Вольтерра. Он трудился долго и усердно, ведь предстояло пририсовать немало всевозможных драпировок. За свою работу он еще при жизни получил прозвище «брачетоне», которое буквально означает «оштаненный», «исподнишник». С этим прозвищем его имя навсегда осталось связанным в истории.

В 1596 году другой папа (Климент VIII) хотел вообще сбить весь «Страшный суд». Только заступничеством художников из Римской академии Святого Луки удалось убедить папу не совершать столь варварского акта.

Долго еще продолжались злоключения «Страшного суда», которые нанесли фреске большой урон. Из-за них пострадала гармония красок и линий.

Прошли века, забылись имена хулителей и врагов великого Буонаротти, а нетленные фрески его остаются вечными. «Страшный суд» и поныне восхищает людей. Это - замечательная картина, против которой оказались бессильны глупость, лицемерие и ханжество людское.


По материалам:

  • Отрывок из книги - "100 великих картин", Надежда Ионина, "Вече", Москва, 2006.
  • Джорджо Вазари о фреске «Страшный суд» в «Жизнеописании Микеланджелло Буанарроти»
  • сайт Микеланджело

Вставьте анонс материала в свой блог — скопируйте готовый код из окна ниже:

В вашем блоге анонс будет выглядеть вот так:

Микеланджело. Страшный суд.

Когда Микеланджело свыкся с мыслью, что все-таки придется писать «Страшный суд», когда он очутился наедине с гигантской белой стеной, в которую должен был вдохнуть жизнь, он принялся за работу, хотя в то время был уже далеко не молод. В свои 60 лет он выглядел дряхлым стариком - сморщившимся, сгорбленным, усталым. У него ломило суставы, болели зубы, донимали мигрени и невралгия. Шесть лет понадобилось великому мастеру, чтобы завершить свое творение. Микеланджело, отступая от традиционного изображения этого ... Подробнее ...


Категория: История одной картины | Добавил: Tatyana_Art (11.02.2011)
Просмотров: 22084 | Комментарии: 1 | Теги: картина, одна, художник, суд, микеланджело, страшный | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 1
1  
Цитата: 
"Лицо Христа непроницаемо, в карающий жест его руки вложено столько силы и мощи, что он истолковывается только как жест возмездия."
Жест рукой это самое важное место. Трактовать этот жест можно минимум тремя смыслами.
1. Процитирован выше.
2. Жест огромной мощи, если вообразить, что за время пока совершается жест свершится и сам суд над миллиардами людей, который согласно канону следует рассортировать. 
3. Сообщу в самом конце размышления.

Итак. Пункт первый - возмездие. Полностью противоречит представлению о всеобщей любви Бога ко всем без исключения, а также самой сущности Бога как сверхъестественного существа. Бог по определению не может испытывать человеческих чувств, кроме любви как исключения по самому определению. Гнев, всегда сопровождающий действия по возмездию (мести) противопоказан даже человеку, а уж Богу, который и на кресте его не испытал.. Следовательно - неверная трактовка жеста.
Пункт второй. Мощь. Как иллюстрация мощи Бога такой жест уместен и хорош, но сама суть сюжета Страшного суда разве только демонстрация мощи Бога? Мы и так знаем, что он всесилен. Иллюстрировать всесилие незачем. От этого сюжета люди ждут гораздо больше чем просто демонстрацию могущества, которое и так подразумевается.
Дополнительно: тот, кто знает характер Микельанджело никогда не согласиться с тем, чтобы этот вечный бунтарь, всегда оригинальный во всех своих работах, вот так просто иллюстрировал тему Страшного суда, да еще при это ограничился изображением мощи Бога или еще хуже изображением его мести. Это абсолютно не соответствует характеру Микельанджело, его уму и мировоззрению. Если Микельанджело взялся за Страшный суд, жди абсолютно оригинальную трактовку и его собственные мысли и не жди иллюстраций из Данте. Микельанджело никогда не следовал сзади кого бы то ни было и никто ему во всю жизнь не был указ.
Что же остается? То, что сразу же приходит в голову как только видишь центральную фигуру Бога: Христос просто махнул рукой на человечество. "Живите как хотите, а я вас оставлю вообще без суда". Видимо он разочаровался в этой своей попытке творения совершенно и освободил человечество от себя.
Последнее точно соответствует практике существования человечества, в истории которого начисто отсутствует любое благое вмешательство Бога, но полно гадких дел, намерений и чувств. Также соответствует абсолютно самостоятельному и бунтарскому характеру Микельанджело. Ну и наконец просто посмотрите на позу: голова от людей отвернута, глаза опущены, между людьми и собой поперек барьер левой руки. Все это ясные указания. Попробуйте сами принят такую позу и подумайте от кого и почему Вы отгородились рукой, отвели глаза и на кого Вы машете правой рукой при этом?

Имя *:
Email *:
Код *:
Рекомендую

Поиск

Друзья сайта
  • All-Art.do.am - все об искусстве! Стили, направления, художники, иконопись и т.д.

  • Tatyana_Art - Кое-что о компьютерной графике. Портфолио. Уроки компьютерной графики (2D и 3D)

  • Галерея иконописи и убранств храмов

  • Величайшие художники ХХ века

  • Галерея наших современников


  • Статистика

    Онлайн всего: 1
    Гостей: 1
    Пользователей: 0

     
    Copyright MyCorp © 2017
    Сделать бесплатный сайт с uCoz